27 (17) января 1608 г. 55-летний В. Шуйский женился на княжне Марии Петровне Буйносовой-Ростовской. Имя Мария она получила как раз всходя на престол, а до того звалась Екатериной. Как пишет псковский летописец, старый царь страстно влюбился в молодую жену и ради её прихотей стал пренебрегать государственными делами.

Шуйский недолго удержит власть, Катю-Машу постригут в монахини и назовут инокиней Еленой. Вскоре эта чета закончит на чужбине свои дни. В польском плену…

27 (17) февраля 1608 г. в Выборге подписан договор между Василием Шуйским и шведским королем Карлом IX. В случае отказа от русских завоеваний в Ливонии, оговоренных Тявзинским миром 1595 г., и передачи шведам Корелы с уездом Карл IX обещал прислать пятитысячный отряд для освобождения Москвы от польской армии. Москва с июня 1608 г. осаждена войском второго самозванца — Лжедмитрия II, так же как и первого, его поддерживают поляки. Поляки стали лагерем в деревне Тушино, ставшей своего рода второй столицей, и осаждают Троице-Сергиеву лавру с целью полной блокады Москвы.

11 (1) июня 1608 г., разгромив дезорганизованную рать царя Василия Шуйского, достигло Москвы и расположилось лагерем за селом Тушино, между реками Москвой и Сходней, разбойное войско Лжедмитрия II. Полуторагодичное «стояние» под столицей оказалось безрезультатным, несмотря на то, что значительная часть русских бояр, дворян и казаков присягнула «Тушинскому вору», признав в нем «чудом спасшегося» во время московского восстания в мае 1606 г. царя Дмитрия Ивановича (то есть — Лжедмитрия I).

5 января 1610 г. (27 декабря 1609 г.) в связи с полным разбродом в тушинском лагере Лжедмитрий II бежал в Калугу, где годом позже был, по-видимому, убит на охоте татарским князьком.

6 октября (26 сентября) 1608 г. польские войска осадили Троице-Сергиеву лавру.

28 (18) февраля 1609 г. в Выборге после долгих переговоров князь Михаил Скопин-Шуйский (племянник царя Василия Шуйского) и представители короля Карла IX подписали договор о шведской помощи Московскому государству. Карл IX обязался отправить полностью экипированное войско из 2000 конных и 3000 пеших воинов. Взамен он получал город Корелу, или Кексгольм (ныне Приозерск Ленинградской области), с уездом, а русский царь должен был ежемесячно платить наемникам солидное жалованье. Шуйский пошел на это соглашение, поскольку Москва была окружена поляками и внутренними мятежниками, — других путей спасения он не видел. Однако если вначале шведы помогли разгромить Тушинского вора Лжедмитрия II и снять осаду с Троице-Сергиевой лавры, то вскоре их отряды перешли на сторону поляков, а к 1611 г. шведы заняли Новгород.

Свидание Скопина-Шуйского с Василием Шуйским в Москве

7 марта (25 февраля) 1609 г. в Москве в обстановке всеобщей нестабильности потерпела крах попытка бояр низложить царя Василия Шуйского. Заговорщики ворвались в Кремль, требуя «царя Василия переменити», поскольку тот «чрез происки взошёл на престол» и «от неразумного сего правления проливается кровь в междоусобиях». Однако войско осталось верным Шуйскому, да и боярская верхушка не поддержала мятежников. В результате неудавшегося мятежа Шуйский остался на престоле, хотя и ненадолго.

5 октября (25 сентября) 1609 г. войска польского короля Сигизмунда осадили Смоленск. Началась героическая оборона Смоленска 1609-1611 г.г.

22 (12) января 1610 г. снята осада Троице-Сергиевой Лавры польских отрядов и войск «Тушинского вора» (Лжедмитрий II). Окончание знаменитого «Троицкого сидения» 1608-1610 г.г.

14 (4) февраля 1610 г. между русскими и поляками заключен весьма примечательный договор, согласно которому русским царем становился сын польского короля Сигизмунда III — Владислав.

3 мая (23 апреля) 1610 г. скончался русский полководец и государственный деятель М.В. Скопин-Шуйский. На пиру у Воротынских князь занемог кровотечением и после двухнедельной болезни умер. Невзирая на свою молодость, воевода Скопин-Шуйский отличился при подавлении восстания Болотникова, успешно воевал против польско-литовских отрядов. Еще несколько недель назад молодой и талантливый полководец, разгромивший наголову Лжедмитрия II и разогнавший шайки польских и казацких разбойников, триумфально вступил в Москву. Казалось, именно ему суждено окончательно выставить из России всех интервентов и самозванцев и установить желанный мир. Народ смотрел на Скопин-Шуйского, как на своего «спасителя», «отца отечества».

Когда он приехал в Москву, ему устроили самую торжественную встречу. Всё это возбудило к нему сильнейшую зависть в его же родственниках, и особенно в дяде Дмитрии Ивановиче Шуйском, который должен был уступить ему главное начальствование над московским войском, снаряжённым под Смоленск. Смерть 23-летнего воина, отродясь ничем не болевшего, показалась народу подозрительной. Кончина Скопина была невыгодна царю Василию Шуйскому, так как он лишался надёжной опоры и будущее больше не связывалось в народе с фамилией Шуйских, обвинённых в отравлении. Царь велел похоронить полководца в Архангельском соборе, но не рядом с царскими гробницами, а в новом приделе. Почти все современники свидетельствуют о его «уме, зрелом не по летам», «силе духа», «приветливости», «воинском искусстве и уменье обращаться с иностранцами.

«Личность эта быстро промелькнула в нашей истории, но с блеском и славой, оставила по себе поэтические, печальные воспоминания», — так сказал о нём историк Н. Костомаров.

4 июля (24 июня) 1610 г. в сражении у Клушина (село под Гжатском, в 150 км к западу от Москвы, здесь в 1934 г. появится на свет Ю. Гагарин) польская кавалерия гетмана Станислава Жолкевского наголову разгромила многократно превосходящее русско-шведское войско, которым командовали князь Д.И. Шуйский, младший брат царя Василия, и Якоб Делагарди. Одной из причин поражения стала невыплата жалованья наемникам (Делагарди ждал конца сражения, чтобы сэкономить, не платя тем, кого убьют). За этим позорным поражением в конце июля последует государственный переворот, в результате которого Василий Шуйский будет низложен. К власти пришло правительство из семи знатнейших московских бояр — знаменитая «Семибоярщина», пригласившая на российский престол польского наследника Владислава.

27 (17) июля 1610 г. в результате заговора царь Василий Шуйский свергнут с престола и пострижен в монахи.

В этот день по наущению заговорщиков за Арбатскими воротами в Москве, под окнами царского дворца, собрались дворяне и прочий служилый люд, возглашавшие: «Ты нам больше не царь!». Перед ними выступил рязанский воевода Прокопий Ляпунов, сказавший: «Московское государство доходит до конечного разорения и расхищения. Тут угрожают ему поляки и Литва, там калужский вор, который выдает себя за давно убиенного царевича Дмитрия. Народ не любит царя Василия Шуйского. Не по правде сел он на царство, не выбран всем народом, а лишь своими единомышленниками и потому несчастен на царстве. Будем бить ему челом, чтобы оставил престол, и выберем всею землей нового царя и встанем тогда единомысленно на всякого врага». Поддержка собравшихся была настолько горяча, что, недолго думая, все они направились прямо в Кремль просить царя Василия, чтобы тот оставил престол. Ляпунов выступил вперед и стал так говорить царю: «Долго ли за тебя кровь христианская литься будет? Ничего доброго в царстве твоем не делается. Земля наша чрез тебя разделилась, разорена и опустошена. Ты воцарился не по выбору всей земли. Сжалься над умалением нашим. Положи посох свой. Сойди с царства, а мы уже о себе как-нибудь помыслим». Что называется, правду-матку в глаза.

По словам летописца, Василий вышел из себя, что, кстати, совсем неудивительно, выхватил большой нож, который, по тогдашнему обычаю, всегда носил с собой, и хотел броситься на Ляпунова. Тот, будучи детиной дюжим, легким движением плеча отстранил старика Шуйского.

Поняв, что по-хорошему царь уходить не хочет, наши герои покинули дворец и отправились на Лобное место. Набатным звоном собрали народ. Образовавшаяся толпа была настолько велика, что не помещалась на площади, и москвичи двинулись к Арбатским воротам, где в те благословенные времена было много места. В толпе раздавались крики: «Неправдой он на царство сел! Сотни тысяч душ гибнут напрасно! Православные христиане, надо нам Шуйского отставить, а вместо него выбрать всей землею государем того, кого Бог нам укажет!»

Однако один голос в защиту царя все-таки раздался. Его издал патриарх Гермоген. Он напомнил мятежникам, что царь как-никак помазанник Божий. Только сан спас патриарха от неминучей расправы. Видя, что все бесполезно, Гермоген плюнул (в прямом смысле) и ушел. Толпа, поговорив еще немного, решила дела в долгий ящик не откладывать и пошла к царю.

Впереди вышагивал князь Иван Михайлович Баратынский. Он и обратился к царю с соответствующими словами, а именно — вся земля челом бьет, просит Василия царство оставить. Василий, что удивительно, на этот раз спорить не стал — все-таки перед ним стояли не несколько князей, а прямо-таки толпа народа, который, как известно, когда войдет в раж, готов на все. Шуйский положил свой посох — символ царского достоинства — и ушел, не прощаясь.

Заговорщики провозгласили себя Земским собором и официально низложили Шуйского. С этого момента в России началась так называемая семибоярщина, то есть временное правление боярской думы во главе с князем Фёдором Мстиславским, состоявшей из семи человек, которая, как говорит летопись, «два месяца власти насладишася».

Таким образом, бояре и дворяне, забыв на время свои разногласия, общими усилиями свергли потерявшего всякий авторитет Василия Шуйского, а спустя два дня насильно постригли его в монахи Чудова монастыря и вывезли в Польшу, сдав его гетману Жолкевскому.

Когда всё это произошло, патриарх Гермоген говорил: «Как ни худ царь Василий, а без него Москве ещё хуже». Но заговорщики его не слушали и, как выразился летописец, «лаяли на самого патриарха».

Падению царя, а затем и его насильственному пострижению в монахи способствовало поражение правительственных войск под Клушиным от польского короля Сигизмунда Ш, начало польско-литовской интервенции, а также выступления городских низов Москвы.

Вскоре в Москву вошли поляки.