18 (8) июня 1661 г. у Алексея Михайловича и Марии Ильиничны Милославской родился сын Фёдор, будущий царь Фёдор Алексеевич.

1 июля (21 июня) 1661 г. на мызе Кярди (в русской традиции — Кардис) между Ревелем (ныне Таллин) и Дерптом (ныне Тарту) подписан крайне невыгодный для Московского государства договор со Швецией в результате проигранной войны, которую царь Алексей Михайлович начал пятью годами раньше, чтобы вернуть России выход к Балтийскому морю, пришлось пойти на новые территориальные уступки, а выхода на Балтику ждать ещё полвека, до Северной войны 1700-1721 г.г. С другой стороны, «худой мир» со шведами позволил Москве сосредоточить силы против Польши, с которой шла война с 1654 г. Это противостояние завершилось в 1667 г. весьма успешно: в российскую державу были включены потерянные в Смутное время смоленские и черниговские земли. Кроме того, поляки признали соединение с Россией левобережной Украины.

21 (11) ноября 1661 г. умер боярин Борис Иванович Морозов, один из крупнейших персонажей истории Московского государства XVII в. Начать рассказ об этом человеке следовало бы с того, что он был воспитателем молодого царя Алексея Михайловича, который рано остался без родителей и с тринадцатилетнего возраста находился под опекой боярина. Тот конечно же не мог не воспользоваться столь высоким положением при дворе в своих интересах. Обирая население, Морозов настолько озлобил его, что вызвал против себя всеобщую ненависть. Но все ж таки народ терпел. До тех пор, пока Морозов не покусился женить молодого царя.

Как было положено, во дворец собрали 200 молодых красавиц со всей страны, и Алексей Михайлович выбрал среди них ту, которая показалась ему красивее — Евфимию Всеволожскую. Бедная девушка, не поверившая своему счастью, взяла да и грохнулась в обморок. У нее заподозрили падучую, сослали Евфимию вместе со всеми родственниками в Сибирь, а царю предложили выбрать другую суженую. Под это дело Морозов и подсунул ему дочь бедного литовского дворянина Милославского, на сестре которой он собирался жениться сам. Двигателем всей этой аферы было, естественно, желание породниться с царём. Вот тут народное терпение кончилось. Толпа возмущенных москвичей напала на дворец Морозова и совершенно разграбила его. Причем ценности, найденные в хоромах, не были, по обыкновению, разграблены, а были изломаны и растоптаны прямо тут же. Морозова, видимо, так ненавидели, что даже грабить его считали зазорным. Царь насилу спас самого Морозова, но все же принужден был сослать его в Свято-Кирилловский монастырь.

22 (12) декабря 1661 г. восточномонгольские племена калмыков, прикочевав на Волгу из самой Монголии, приняли русское подданство. Потом монгольские калмыцкие лучники отличались во всех русских войнах вплоть до войны 1812 г.

11 (1) июня 1662 г. из четырехлетней дипломатической миссии в Пекин на родину вернулся Иван Перфильев, передавший китайскому императору Канси подарки и грамоту царя Алексея Михайловича с выражением желания впредь быть с Китаем «в приятной дружбе и любви». Кроме того, посланец должен был распродать в Китае партию русских товаров и пригласить на Русь китайских специалистов. Дары русского царя были приняты как дань, а в обмен Перфильев получил подарки от императора, но установить дипломатические отношения между двумя державами так и не удалось. В числе прочего Перфильев доставил в Москву 10 пудов чая — травы, настой которой вначале не хотели давать царю, чтобы ненароком не вызвать какой-нибудь болезни. Но придворный лекарь, англичанин Сэмюел Коллинс, выпил чаю и остался жив.

4 августа (25 июля) 1662 г. в Москве в результате финансовой катастрофы произошло скоротечное массовое народное выступление («медный бунт»), жестоко подавленное властями. Это восстание, длившееся всего один день, было вызвано расстройством хозяйства страны и выпуском большого количества медных денег, приравненных к стоимости серебряных, что привело к их обесцениванию. В его моментальной вспышке отразились вечные российские беды и обиды.

медный бунт

Нам сейчас трудно понять, что им не нравилось в медных монетах, поскольку мы-то других и не знали никогда, кроме никелевых. А вот в XVII в. к деньгам у людей было несколько иное отношение. В те времена у людей был хороший вкус, и они мерили всё драгоценными металлами — золотом и серебром. Поэтому номинал каждой монеты должен был совершенно точно соответствовать стоимости того куска драгоценного металла, из которого эта самая монета была отлита. В таком случае в стране наблюдается финансовая стабильность, экономический подъем и рост благосостояния населения. А что делать, если ни о каком подъеме и стабильности и речи не идет, как это обычно бывает в России?

В очередной раз такая неприятная ситуация сложилась как раз в середине XVII в. Всё началось в 1654 г., когда русское войско двинулось на поляков, спасая нового союзника — Украину. Уже много лет шла война с Польшей, конца которой видно не было. Естественно, ничего хорошего от этого ждать не приходилось. А тут еще чума, которая прямо-таки прокатилась черной волной по всей стране. В итоге произошло то, что должно было произойти — разруха, обнищание населения и полное опустошение государственной казны. Но деньги нужны были очень, хотя бы для финансирования войны, не говоря уж о других излишествах. Правительство царя долго мудрствовать не стало и решило изъять деньги у народа. По совету царского постельничьего Фёдора Ртищева для этой цели наштамповали медных монет, которые по стоимости приравняли к серебряным, и сказали народу буквально следующее: «Теперь платить вы будете не золотыми и серебряными рублями, а вот этими медными квадратиками и кружочками». А чтобы окончательно отбить у людей охоту пользоваться настоящими драгоценными металлами, все золотые и серебряные монеты просто изъяли.

Вы, наверное, подумали, что следующей фразой будет: «И тут начался бунт!» Не отгадали. Бунт не начался. Более того, все эти нововведения были восприняты вполне спокойно. Причина проста. Первый выпуск медных денег вполне соответствовал всем законам и правилам. То есть монет наклепали столько, сколько в действительности имелось в казне золота и серебра. Поэтому медные деньги просто заменили собой настоящие, и ничего не случилось. Но где это видано, чтобы у нас останавливались на полпути?

Медные деньги ковали и ковали, и за короткое время наковали 5 млн. руб., то есть пять годовых бюджетов государства. Любой человек, хоть чуть-чуть понимающий, что такое деньги и как с ними бороться, должен понять — страна сидела на пороховой бочке. Слова «инфляция» тогда не знали, говорили о «порче монеты», но результат был налицо. Деньги обесценились, началась спекуляция предметами первой необходимости, изготовление фальшивых денег приняло массовый характер. Скоро за один серебряный рубль давали 12 медных, а цены выросли в три-четыре раза, что больно ударило не только по беднякам, но и по торговому люду. Зато денежные мастера богатели день ото дня, штампуя монеты из дешёвой импортной меди. А поставляли её первые люди на Москве: тесть царя Илья Милославский и другой его родич — Матюшкин. Они же за взятки «отводили» от фальшивомонетчиков царскую кару.

«Тишайший» Алексей Михайлович искренне стремился облегчить страдания народа. Но по вековой традиции жалобы на алчных чиновников поступали на рассмотрение к ним же.

Оставалось только ждать взрыва. И терпение москвичей лопнуло.

Он произошел в тот момент, когда инфляция достигла отметки 1400 %.

В этот день на Лубянской площади появилось письмо с именами «изменников» — Милославского, Ртищева да купца Шорина. Быстро собралась толпа. Как обычно, прошёл слух о том, что медные деньги чеканили по сговору с польским королём, чтобы разорить Русь. Как обычно, поверили, что царь-батюшка ничего не знает. Как обычно, нашлись желающие обо всём ему рассказать. Народ сказал: «Хватит!» и к обеду вся толпа повалила село Коломенское, бывшее резиденцией царя, разбираться. Во главе шли «заводчики» — стрельцы Ногаев и Жидкой, нижегородский торговый гость Жедринский и даже какие-то дьячки. Шли мирно, без оружия. Государь в этот момент находился в храме по случаю рождения дочери, и прерывать службу из-за каких-то там народных волнений не стали. Когда же Алексей Михайлович вышел к толпе, ему подали лубянское письмо и просили наказать «изменников».

Царь пообещал во всём разобраться, ему почему-то не поверили и не отпустили до тех пор, пока он не ударил по рукам с одним из вожаков.

Толпа повалила назад, в Москву, где уже грабили дом Шорина. Поймали мальчика, сына купца, и тот «сознался», что видел у отца «воровские грамоты» от поляков.

Разъярённая толпа двинулась обратно в Коломенское, теперь уже с палками и другим подручным оружием. Царя опять окружили, требуя выдачи бояр. Чтобы вошедшие в раж бунтовщики не причинили монарху вреда, стрельцы и царёвы слуги начали теснить их к реке. Те отбивались палками, пролилась кровь… В итоге погибших оказалось до тысячи… Впрочем, все числа в ту эпоху ненадёжны. Многие утонули в Москве-реке. Историк Соловьёв отмечает: «…настоящих бунтовщиков было не больше 200 человек, остальные пришли из любопытства». Ещё 18 человек повесили на другой день — то ли «заводчиков», то ли любопытных.

Но хуже всего пришлось фальшивомонетчикам. Царь разобрался и решил, что всё зло от них. Казнённых и покалеченных было много: у них отрубали руки и прибивали у дверей монетных дворов. Но «порченой» монеты меньше не становилось: умельцы наловчились даже серебрить медные деньги. Медную монету перестали чеканить и стали выкупать её у народа по курсу 100 медных копеек за 1 копейку серебряную. Наконец, в 1663 г. злосчастные медяшки отменили. Теперь уже за их хранение полагалась тюрьма… Правда, кто-то из царёвых слуг говорил: «Пускай государь деньги хоть с бумаги наделает. Главное, чтобы на них его имя стояло». Но до осуществления этой идеи оставалось ещё больше ста лет…
И ещё — царица Мария Милославская та к и не оправилась от испуга, пережитого во время бунта в Коломенском. Она долго болела, потом умерла, а её место заняла Н. Нарышкина, мать Петра I.

А о «медном бунте» ещё долго напоминала решётка в Кремле, отлитая из отменённых медных монет…

19 (9) августа 1663 г. Алексей Михайлович издал указ о «ссылке в Сибирь на вечное житьё с женами и детьми поддельщиков монет».

7 декабря (27 ноября) 1663 г. по указу царя началось составление родословных книг. Помните выражение «Иван, не помнящий родства»? Это о нас с вами…