6 января 1763 г. (26 декабря 1762 г.) выходит специальный манифест, предписывающий государственным учреждениям и частным лицам оказывать содействие переселению в Россию западноевропейских земледельцев.

К началу 1770 г. в малоосвоенные восточные и южные окраины империи переселилось более 30 тысяч колонистов, преимущественно из германских земель. Они получили ряд привилегий и льгот на определённый срок, включая освобождение от рекрутского набора и налогов в местное самоуправление.

21 (10) января 1763 г. Екатерина II утвердила план создания Воспитательного дома для сирот, подкидышей и прочих безродных детей. Со всех зрелищ, устраиваемых за деньги, стала взиматься часть доходов в пользу Воспитательного дома. Главное отделение в Москве было открыто в 1764 г., младшее в Петербурге — в 1770 г.

28 (17) января 1763 г. Екатерина II ввела в России запрет пытать подследственных.

11 февраля (31 января) 1763 г., на масленицу, в Москве в связи с коронацией и восшествием на престол Екатерины устроен грандиозный праздник. В объявлениях, расклеенных по городу, извещалось, что в течение 3-х дней по улицам «будет ездить большой маскарад, названный «Торжествующая Минерва», в котором изъявится Гнусность пороков и Слава добродетели. По возвращении оного к горам, начнут кататься, на сделанном на то театре представят народу разные игралища, пляски, комедии кукольные, гомус покус и разные телодвижения…»

Руководил маскарадом Фёдор Волков, вошедший в историю как отец русского театра. Во время маскарада Волков простудился и через несколько месяцев скончался в возрасте 34 лет.

Разумеется, торжествующей Минервой – древнеримской богиней, покровительницей искусств и ремёсел, а также олицетворением государственной мудрости – была сама Екатерина.

Участники маскарада, в основном, были переодеты мифологическими персонажами. Однако там присутствовали и «герои дня» — Взятколюб, Кривосуд, Обдиралов. Разумеется, все они были повержены «торжествующей Минервой».

Праздник, переплетённый с политикой (новой царице было необходимо, чтобы её полюбил народ). Так с тех пор и показывают нам «гомус покус и разные телодвижения».

15 (4) февраля 1763 г. завершилась Семилетняя война. В результате побед в этой войне Восточная Пруссия указом императрицы Елизаветы Петровны была включена в состав России. Однако смерть Елизаветы и вступление на престол Петра III резко изменили ситуацию. Будучи поклонником прусского императора Фридриха II, Пётр III отказался от всех завоеваний и даже вступил в союз с Пруссией. Хотя союзный договор был расторгнут после свержения императора Петра III и воцарения императрицы Екатерины II, но война против Пруссии уже не возобновлялась. Так были потеряны плоды славных побед.

17 (6) марта 1763 г. русский митрополит Арсений выступил с осуждением политики Екатерины II в отношении церкви и попросил отставки.

29 (18) апреля 1763 г. под давлением русской императрицы Екатерины II Священный Синод лишил митрополита Арсения его ранга и сослал в монастырь.

15 (4) июня 1763 г. в Москве на Красной площади зачитан манифест «О воспрещении непристойных рассуждений и толков по делам до правительства относящихся».

17 (6) июня 1763 г. Екатерина II издала указ учредить свободную (общедоступную) больницу. Она получила название «Павловской» в честь сына императрицы, будущего императора Павла 1, давшего обет открыть лечебное заведение в знак «великодушного сожаления о бедных и при скудности своей разными болезнями страждущих людей».

26 (15) июня 1763 г. Екатерина II издала манифест, запрещающий произнесение необдуманных речей, опасных для общественного спокойствия.

3 июля (22 июня) 1763 г. вышел именной указ Екатерины II о создании «Канцелярии Опекунства Иностранных». В состав последних были включены и евреи.

12 (1) сентября 1763 г. в Москве открыт Императорский Воспитательный дом для детей-сирот и подкидышей, построенный по проекту Ивана Ивановича Бецкого. Там дети в течение шести лет обучались чтению, письму, арифметике и ремёслам. Наиболее одарённых воспитанников направляли в университет и Академию художеств. Те же, кто шёл работать, ещё в течение 6 лет получали пособия. В случае потери работы или болезни они могли возвращаться в дом, где имели свою комнату. Содержался воспитательный дом на пожертвования частных лиц и специальные налоги, в том числе с театральных зрелищ и клеймения игральных карт.

23 (12) сентября 1763 г. по приказу Екатерины II в Москве открыт Павловский госпиталь, первая публичная больница в России.

4 декабря (23 ноября) 1763 г. Екатерина II учредила в России Медицинскую коллегию.

11 марта (29 февраля) 1764 г. последовал манифест Екатерины II о секуляризации – изъятии церковных земель в собственность русской короны.

23 (12) марта 1764 г. Екатерина II утвердила «Генеральное учреждение о воспитании обоего пола юношества» — декларацию о новой системе воспитания и образования, которая предусматривала организацию закрытых сословных учебных заведений интернатного типа.

31 (20) марта 1764 г. Екатерина II распорядилась выделить из казны 45 тыс. руб. на покрытие убытков от по-глупому проведенной лотереи и затем «подать Нам самим обстоятельный рапорт, чем все сие неприятное и скучное дело кончено будет». Мотивировка: лотерея «обратилась в существенный убыток для публики, с повреждением перед оною столь нужного и драгоценного Государственного кредита» (то есть подорвала доверие населения к государству).

2 мая (21 апреля) 1764 г. по повелению Екатерины II на Москворецкой набережной был заложен Воспитательный дом для «приема и призрения подкидышей и бесприютных детей», крупнейшее здание Москвы XVIII в. Архитектурный памятник, в 1938 г. давший приют Военной академии им Дзержинского, в 1997 г. ставшей Военной академией Ракетных войск стратегического назначения им. Петра Великого.

На протяжении полутора веков сироты Воспитательного дома получали начальное школьное образование. Девочки приобретали профессии акушерок и гувернанток, а мальчиков обучали техническим ремеслам (устроенные с этой целью классы в 1830 г. выделились в Ремесленное учебное заведение (РУЗ), от которого ведет начало кузница отечественных инженерных кадров — знаменитая «Бауманка», Московский государственный технический университет (МГТУ) им. Н.Э. Баумана).

5 мая (24 апреля) 1764 г. указом Екатерины II в Санкт-Петербурге учреждено «Императорское Воспитательное общество благородных девиц. В историю это заведение вошло как Смольный институт благородных девиц. Смольный – это название, которое получило в обиходе Воспитательное общество благородных девиц, благодаря тому, что первоначально его разместили в здании Воскресенского Новодевичьего монастыря на территории бывшего Смоляного двора, где ранее вырабатывали и складировали смолу для флота. Первое женское воспитательно-образовательное учреждение. Соответственно воспитанницы его получили название «монастырок», или «смолянок».

Его задача состояла в подготовке девушек-дворянок к выгодному замужеству и блистанию в свете. Из выпускниц императрица набирала себе фрейлин.

Его начальницей была назначена княгиня Анна Сергеевна Долгорукова, а правительницей — француженка Софья де Лафон. Инициатором создания общества стал побочный сын генерал-фельдмаршала князя И.Ю. Трубецкого И. Бецкой (Бецкий). Идея родилась у него во время пребывания за границей, когда он познакомился с Вольтером, Дидро и Руссо. В 1763 г. он представил императрице Екатерине II программный документ учебно-педагогической реформы «Генеральное учреждение о воспитании юношества обоего пола». Весной следующего года план был утвержден. В тот же год будет открыто подобное ему Екатерининское училище в Москве.

У Екатерины II были далеко идущие планы – образовать Россию, поэтому императрица не остановилась только на привилегированном дворянском сословии, но привлекла к образованию и другие классы. В 1765 г. был утвержден Устав мещанского училища, по окончании которого, говорилось в правилах, мещанские девушки «могли быть выпускаемы в замужество за достойных по их состоянию женихов; другие могли вступить в службу при училище благородных девиц».

С екатерининских времен Смольный состоял из двух учебных заведений: Общества благородных девиц (Николаевская половина) и Мещанской половины (Александровское училище). Со временем сроки учебы были сокращены: на благородной половине до 9 лет, на мещанской — до 6 лет.

Екатерина II надеялась в этом учебном заведении воспитать «новую породу людей», которая, могла быть создана только в совершенно новой среде, главное, вдали от «испорченных» родителей. В генеральном плане о воспитании девиц говорилось: «Принимать в эти заведения не старее как по пятому или шестому году». Считалось, что это тот возраст, когда дети еще не испорчены.

В заведение принимались только «девицы природного дворянства и дочери чиновников, имеющих чины по военной службе не ниже полковников, а по статской службе не ниже статского советника». В программу входило обучение словесности, истории, географии, иностранным языкам, музыке, танцам, рисованию, светским манерам и др. Обучение продолжалось 12 лет и делилось на четыре возраста по 3 года каждый.

Воспитанницы жили в его стенах все 12 лет обучения, с 6 до 18 лет, в полной изоляции от дома. На протяжении долгого времени именно эта обособленность институтов от внешнего мир была их особенностью. Только по окончании обучения родители приезжали в институт, чтобы забрать уже взрослую девушку.

Всякая новенькая на все время обучения поступала в распоряжение классной дамы. Это была ее наставница, гувернантка, женщина, призванная заменить ей отсутствующую мать. В обязанности классных дам входил контроль за воспитанницами: их поведением, гигиеной, за соблюдением распорядка дня и этикета.

Каждый возраст носил платья особого цвета. Младшие институтки при Екатерине II назывались «кофейными» и носили платья коричневого цвета. Второй возраст назывался «голубым» и платья были голубого цвета. Третий – «серым»; старший, выпускной, носил белые шерстяные платья и назывался «белым». Впоследствии, как непрактичные, маркие, их заменили на зеленые, но традиция называть класс «белым» оставалась во всех учебных заведениях. В одинаковых одеждах все девушки были похожи друг на друга, т. е. на время учебы уравнены в правах. Сами воспитанницы отмечали: «Бедные, богатые – все сливались в одну толпу, все были совершенно равны. Слияние это было настолько полно, что никто у нас не знал, кто родители подруги».

Все воспитанницы казенных заведений страдали от жесткого распорядка дня. Утро у институток начиналось в 6 часов утра: нужно было быстро встать и идти умываться. «Ничто так дурно на нас не действовало, как звон колокольчика ранним утром. Мы вставали не в ту пору, какую требовала наша природа и климат», — вспоминали многие. После утренней молитвы воспитанницы шли завтракать. Считалось, что в подобных заведениях стол должен был быть простым и здоровым. Утром обычно давали по кружке сладкого чая с молоком и французскую булку. Обед состоял из трех блюд, ужин из двух. Считалось, что этого достаточно для растущего организма. Сами воспитанницы, вечно голодные, были другого мнения. Ученица столичного заведения писала: «Я долго не могла привыкнуть к институтскому столу. Все мне казалось невкусным. Особенно утром была неприятна подававшаяся какая-то бурда, называемая чаем или сбитнем. В 5 часов вечера, после классов, приносили большую корзину с ломтями черного хлеба с солью и бутыль квасу. Трудно себе представить, с какой поспешностью набрасывались девицы на этот хлеб».

Что касается физического воспитания девушек, то в Уставе, составленном еще Бецким, говорилось: «Всякая излишняя нега вовсе изгнана быть долженствует». В спальнях и классах постоянно проветривали помещения, чтобы там был свежий воздух, печи зимой топили «с умеренностью», часто в помещениях температура не поднималась выше 16 градусов. Девочки страдали от холода. Белье менялось два раза в неделю, чистота была безукоризненная. В хорошую погоду воспитанницы гуляли в садах, в плохую погоду – в особо отведенных местах.

Была и элементарная гимнастика. Девочек ставили в ряд с линейками за спиной и заставляли делать «па» ногами. Считалось, что это упражнение хорошо для их осанки. Два раза в неделю были танцы, которые все любили, потому что можно было напрыгаться вдоволь. В институте все было подчинено раз и навсегда установленному распорядку. Весь день был расписан по минутам, свободного времени практически не было. Оставалась лишь ночь: многие не засыпали, болтали, главное, читали романы, которые им читать не разрешалось. В институтах до 1860-х годов не было даже ученических библиотек, но, тем не менее, читали все новейшее, но со страхом быть застигнутыми врасплох.

Заботясь о воспитании девиц, Екатерина II считала, что их главное предназначение – стать женой, матерью, хозяйкой. А чтобы быть привлекательной невестой, девушка должна была уметь разговаривать на одном, двух иностранных языках, уметь танцевать и держать себя в обществе.

Все воспитанницы отмечали, что им не разрешали говорить между собой иначе, как на французском или немецком языке. Замеченным в разговоре на русском языке, сбавляли балл за поведение. Обязательными, для хорошего воспитания девушки, будущей хозяйки, считались уроки музыки, кулинарии и рукоделия. В младших классах учили шить и вязать чулки, в старших классах – вышивать по канве, гладью и золотной нитью. Во всех учебно-воспитательных заведениях розги и побои были строго запрещены Екатериной II, которая считала, что «страшными наказаниями произвесть добродетели невозможно». Школьные уставы допускали лишь легкие наказания: провинившиеся час или два стояли на одном месте, им не разрешали гулять со всеми. Классные дамы могли наказывать и по своему усмотрению, например, лишая девочку третьего блюда, или снимая с нее передник. Многие воспитанницы вспоминали про «черный стол», за которым провинившиеся ели отдельно и «черную скамью», на которой сидели наказанные.

Монотонную жизнь институтов нарушали праздники. Балы устраивались несколько раз в год. В специально убранном зале играл оркестр, барышни были нарядно одеты в белые платья, но кавалеров не полагалось. В бальную залу допускались учителя, родственники и братья не старше 12 лет. Институтки танцевали друг с другом и веселились от души. Во многих институтах устраивались театральные представления. Еще во времена Екатерины II в Смольном существовал свой театр, на сцене которого успешно выступали воспитанницы.

Устраивались и концерты, на которых порой выступали европейские знаменитости. После праздников наступали будни, возобновлялась учеба. Во всех институтах хорошая учеба вызывала уважение подруг и преподавателей. Знания оценивались по 12-ти балльной системе: 1-2 – «худо», 3-4 -«слабо», 5-6 – «посредственно», 7-8 – «хорошо», 9-10 – «очень хорошо», 11-12 – «отлично».

Главным событием в жизни институток был публичный экзамен, на котором в столичных институтах присутствовали члены императорской семьи. Наконец, наступал долгожданный день выпуска, о котором столько мечтали в годы обучения. При выпуске всем воспитанницам выдавались аттестаты. При Екатерине II шесть лучших учениц получали «шифр» — золотой вензель в виде инициала императрицы, который носили на белом банте с золотыми полосками, при Марии Федоровне – уже десять. Некоторые воспитанницы становились фрейлинами двора.

Смолянка Быкова вспоминала: «Государыня надела мне шифр и поцеловала в лоб! Что это было? Не помню, как ушла я на свое место. На душе моей было так хорошо! Невозвратное блаженство!» Во всех институтах выдавались медали, похвальные листы, подарки, книги, ноты.

В день выпуска девушки в последний раз надевали свои белые платья, чтобы в этот торжественный день быть одинаково одетыми. Только теперь они понимали, что «эта жизнь» закончилась и надо друг другу сказать: «До свиданья!» Начиналась совсем иная жизнь, уже за стенами института.

В 1796 г. заведение вошло в Ведомство учреждений императрицы Марии.

В 1848 г. в институте был открыт педагогический класс, где проводилась подготовка учительниц, а мещанское отделение преобразовалось в Санкт-Петербургское Александровское училище.

Учредившей это заведение Екатерине II в страшном сне не могло присниться, что спустя 153 с половиной года институт в Петербурге станет штабом большевиков для подготовки социалистической революции.

Смольный институт закрыли сразу после Октября 1917 г., после чего во главе с княгиней Голицыной он изменил свое местоположение, переехав в Новочеркасск.

Последний российский выпуск прошел в феврале 1919 г. в Новочеркасске. А с лета 1919 г. институт продолжил работу в Сербии.

15 (4) мая 1764 г. императрица подписала подготовленный М. Ломоносовым указ Адмиралтейств-коллегии о снаряжении двух экспедиций для отыскания новых путей через Северный Ледовитый океан и Камчатку.

18 (7) июня 1764 г. на исходе второго года своего царствования Екатерина II посетила статского советника М.В. Ломоносова в его новом доме-лаборатории на набережной Мойки. «Петрова внука», как назвал её Ломоносов в одной из своих од, знала, что тот последние годы хворает и по нескольку недель не выходит на улицу. Распорядившись не докладывать о своём приезде, она проследовала прямо в кабинет, где застала хозяина в глубокой задумчивости. Было ясно, что силы лидера российской науки иссякают, но императриц постаралась его ободрить, пригласив его к себе обедать: щи, мол, у неё такие же горячие, как у его жены. Монаршее внимание к авторитетному учёному имело целью укрепить реноме покровительницы наук и искусств. Также Екатерина одобрила предложение Михаила Васильевича об организации морской экспедиции для отыскания северо-восточного прохода через Северный Ледовитый океан в Тихий.

16 (5) июля 1764 г. при попытке освобождения из Шлиссельбургской крепости несчастного Ивана VI Антоновича подпоручиком Смоленского пехотного полка Василием Яковлевичем Мировичем во главе взвода гвардейцев, несших караульную службу, стража, в лице капитана Власьева и поручика Чекина, непосредственно охранявших самого секретного узника империи, не мудрствуя лукаво, выполняя тайную инструкцию, заколола претендента на престол, действуя по принципу: нет человека – нет проблемы. После чего Мировичу не оставалось ничего, кроме как сдаться.

Согласно тайному приказу Екатерины II, Иоанн Антонович был убит стражей, а Мирович по приговору суда обезглавлен. Существует версия, что молодой авантюрист Мирович (с ведения самой государыни императрицы) только имитировал заговор, чтобы у стражей Иоанна появился законный предлог убить 24-летнего претендента на царский престол. Мирович думал, что Екатерина найдёт способ спасти ему жизнь и отблагодарить, однако коварная императрица предпочла не оставлять свидетеля. Труп «колодника» Иоанна был тайно захоронен у стены Шлиссельбургской крепости, а тело Мировича, казнённого спустя два с лишним месяца спустя, сожжено вместе с эшафотом.

26 (15) июля 1764 г. в Петербурге на Васильевском острове заложен каменный Андреевский собор (архитектор А.Ф. Вист).

22 (11) сентября 1764 г. в России введены верстовые столбы. Наши современники знают о них лишь из литературы да из песен.

До этого времени в России существовала мерная верста 1000 сажен. Уложением же 1649 г. установлена верста в 1000 сажен трёхаршинных.

Впервые верстовыми столбами в России был разделён путь от Москвы до Коломенского – отсюда и присказка: «с коломенскую версту». Эта верста и считается равной 500 саженям, или 1, 067 км.

26 (15) сентября 1764 г. в Санкт-Петербурге на Обжорном (Сытном) рынке казнён подпоручик Василий Яковлевич Мирович, пытавшийся 16 (5) июля 1764 г. освободить из Шлиссельбургской крепости бывшего императора Иоанна Антоновича.

Согласно постановлению суда было решено «отсечь ему, Мировичу, голову и, оставив тело его народу на позорище до вечера, жечь оное потом купно с эшафотом, на котором та смертная казнь учинена будет».

Присутствовавший на казни поэт Г.Р. Державин в своём дневнике записал: «Мировичу отрублена на эшафоте голова. Народ, стоявший на высотах домов и на мосту, необыкший видеть смертной казни и ждавший почему-то милосердия государыни, когда увидел голову в руках палача, единогласно ахнул и так содрогся, что от сильного движения мост поколебался и перила обвалились».

30 (19) октября 1764 г. издан указ о наименовании Сибири Сибирским царством и об учреждении Иркутской губернии.

15 (4) ноября 1764 г. в Петербурге основана императорская Академия Художеств. Регламент и привилегии Академии высочайше утверждены Екатериной. Первая Академия Художеств в Европе была устроена в 1600 г. в Болонье, потом – в Милане.

Заботы о содействии развитию художеств начались ещё при императоре Петре I. Впервые Академия Художеств в России основана в 1757 г. с лёгкой руки и по проекту ближайшего советника и фаворита Елизаветы Петровны графа И. Шувалова (основателя Московского университета) как академия трёх знатнейших художеств: живописи, скульптуры и архитектуры. А полное учреждение Академии Художеств состоялось при Екатерине II, которая даровала ей реформированный устав и привилегии.

Вся профессура поначалу состояла исключительно из иностранцев. Более того, многие из них отказывались ехать в Москву, где собирались основать Академию. Их мотивы были понятны: далеко от цивилизации и далеко от двора. Но всё постепенно налаживалось. Тут и возникла другая проблема: откуда брать слушателей? И она нашла своё разрешение. Первых учеников привезли из Московского университета.

Императорская Академия Художеств представляла собой учебное заведение и правительственное учреждение, регламентирующее художественную жизнь, распределяющее заказы и присуждающее звания.

Безусловно, в ХVIII-ХIХ веках она была подлинным художественным центром России, сыграла большую роль в воспитании российских живописцев, скульпторов и архитекторов.

15 (4) ноября 1764 г. открылось первое заседание Государственного Совета. Среди его членов – Г. Орлов. Он оглашал те мысли Екатерины II, которые она сама высказать не решалась. На первом заседании речь шла о подготовке к войне с Турцией.

21 (10) ноября 1764 г. Екатерина II упразднила на Украине гетманство и назначила малороссийским губернатором графа Петра Румянцева, который стал деятельным помощником императрицы в проведении реформ, имевших целью искоренить украинский сепаратизм.

5 декабря (24 ноября) 1764 г. императрица Екатерина II приобрела коллекцию произведений фламандской и голландской живописи у берлинского купца Иоганна Гоцковского. Этот день считается днём основания музея Эрмитаж.