13 (1) февраля 1804 г. по указанию Александра I учреждены вдовьи дома (бесплатные дома для женщин, лишившихся кормильцев) и больницы для бедных. Начало социальному обеспечению было положено в двух столицах: в Санкт-Петербурге и Москве. Затем эта практика распространилась и на другие города России.

Многие русские предприниматели строили дома для бедных за свой счёт, а городская дума давала на это разрешение лишь в том случае, если меценат обязался содержать свой дом в порядке, равно как и его обитатели. Несколько величественных многоэтажных зданий, находящихся на другом берегу от Кремля, в своё время были домами для воров и неимущих.

1 июня (20 мая) 1804 г. первая русская женщина, госпожа Тушенкова, совершила полёт на воздушном шаре, который пилотировала француженка Елизавета Гарнерен, племянница знаменитого воздухоплавателя Андре Жака Гарнерена, первого человека, совершившего в октябре 1797 г. прыжок с парашютом.

4 июня (23 мая) 1804 г. персидский шах потребовал вывода русских войск из Грузии. Ультиматум был отвергнут, и началась русско-персидская война, завершившаяся в октябре 1813 г. Гюлистанским мирным договором, по которому Персия признала законность присоединения к России Грузии, Северного Азербайджана и Дагестана.

началась затяжная Русско-персидская война

12 июня (31 мая) 1804 г. в Москве создана первая профессиональная пожарная команда. Император Александр I подписал указ «О сложении с обывателей города Москвы повинности ставить служителей и об учреждении пожарной охраны в оной». Правительство распорядилось: «Для отправления ночной стражи и содержания пожарных служителей составить особенную из отставных солдат, к фрунтовой службе неспособных, команду, на содержание коей… проводить по 169 089 рублей 54,5 копейки».

12 июля (30 июня) 1804 г. в Петербурге в 7 час. утра «в присутствии многих знатных особ» и «многих учёных мужей» в воздух поднялся воздушный шар, в гондоле которого находились бельгиец Робертсон, приехавший в Россию, приехавший в Россию для демонстрации полётов на воздушном шаре, и академик Яков Дмитриевич Захаров. Шар приземлился в 10 час. 45 мин. в деревне Сиворицы, в 60 верстах от города. Захаров провёл в полёте целый ряд атмосферных измерений и наблюдений.

9 ноября (28 октября) 1804 г. открыт первый в Москве Мытищинский самотечный водопровод, шедший от верховьев Яузы близ села Мытищи до Трубной площади, на которой был сооружен бассейн с фонтаном. Построили водопровод по распоряжению Екатерины II военные инженеры Федор Виллимович Бауэр и Иван Кондратьевич Герард. Спустя месяц журнал «Вестник Европы» восторгался: «Вода свежая, здоровая уже поит всех жителей московских, имевших в ней всегдашний недостаток…» Однако не везде качество воды оставалось хорошим, и в 1814 г. директор водопровода вынужден был признать: «Лучшая вода в водопроводе внутри города находится в колодцах на Каланче, а у Трубы (то есть на Трубной площади) и из фонтанов только по совершенной нужде в воде окружные жители довольствуются оною».

17 (6) ноября 1804 г. принят новый университетский устав, значительно расширивший права университетов в области внутреннего управления, например, предоставивший им автономию, возможность выбирать ректора и т.п.

В этот же день учреждены два новых российских университета – Казанский и Харьковский.

30 (18) мая 1805 г. войсковым наказным атаманом М. Платовым основан г. Новочеркасск как новый административный центр Земли войска Донского.

21 (9) августа 1805 г. Австрия присоединилась к союзу России и Англии, которые замышляли против Наполеона. Таким образом, образовалась антинаполеоновская коалиция, которую сам Бонапарт назвал «Третьей коалицией», добавив при этом, что это, цитирую, «очередной союз, сотканный Англией из золота и ненависти». Конец ей пришел в декабре того же года, в сражении при Аустерлице. После него австрийский император Франц заявил русскому императору Александру I, что продолжать борьбу с Наполеоном совершенно бессмысленно. Александр с этим согласился и быстрыми маршами ушел в Россию, причем маршрут и расписание отхода русских войск Наполеон составил ему сам, передав через австрийцев.

15 (3) сентября 1805 г. Россия объявила войну Франции. Началась 1-я война с Наполеоном в составе III антифранцузской коалиции.

6 октября (24 сентября) 1805 г. штабс-лекарь Иван Кашинский совершил полёт на воздушном шаре в Нескучном саду. Кашинский выражал надежду, что «знатные и просвещённые патриоты ободрят сородичей присутствием своим для поощрения в дальнейшем предприятий, так как первый опыт многих трудов стоит и издержек».

Обещанный полёт действительно состоялся и был повторён ровно через неделю. Оба раза господин Кашинский парил над Москвой вполне успешно.

А за два года до штаб-лекаря Кашинского, 7 октября (23 сентября) 1803 г. совершили полёт на воздушном шаре над Москвой французские аэронавты Гарнерен и Абер.

Спуск Гарнерена и Абера прошёл благополучно в имении князя Вяземского. На следующий день Гарнерен снова взлетел и поднялся на высоту аж 7800 метров. Полёты Гарнерена были непродолжительными. Объяснял он это «частью в рассуждении неудобства местоположений, частью же по причине неизвестности образа мыслей деревенских жителей той страны при виде толико нового и чрезвычайного для них зрелища».

Так-то вот…

16 (4) ноября 1805 г. у деревни Шёнграбен состоялся упомянутый в романе «Война и мир» бой отряда генерала П.И. Багратиона с авангардом французской армии. Русский 6-7-тысячный арьергард задержал на несколько часов превосходящие силы маршала Иоахима Мюрата и обеспечил отход главных сил русской армии.

Впрочем, сведения о численности войск Мюрата сильно разнятся: одни источники утверждают, что французов было 45 тыс., другие говорят про 30 тыс., но, так или иначе, непосредственно в сражении участвовало не более 20 тыс. французских солдат. Впрочем, хотя французское превосходство и было троекратным, Мюрат атаковал очень осторожно, полагая, что перед ним вся Русская армия. Арьергард же Багратиона, приняв бой у Шеёграбена, потерял треть своего состава (свыше 2400 чел. лишь убитыми), зато не дал Мюрату настигнуть отступающую армию Кутузова и позволил основным силам Русской армии отойти и соединиться с австрийцами.

За Шёнграбенский бой Багратион спустя 4 дня произведён в генерал-лейтенанты, а затем награждён орденом Святого Георгия 2-го класса.

2 декабря (20 ноября) 1805 г. слава императора Франции Бонапарта вошла в зенит: австро-русские войска, руководимые монархами этих двух стран, были разбиты при Аустерлице. В этот день, совпавший с годовщиной коронации Наполеона, император французов малочисленными силами нанёс сокрушительное поражение своим оппонентам. У России были самые внушительные потери: 21 тыс. убитых и раненых.

Генерал Рапп демонстрирует Наполеону захваченные трофеи и князя Репнина-Волконского в окружении русских пленных во время битвы под Аустерлицем

Вряд ли до того момента многие слышали название этой деревушки в Моравии. Однако после битвы это слово узнали все. Такого разгрома Европа еще не знала.

Это сражение вокруг Праценских высот, западнее Аустерлица (ныне г. Славков в Чехии), было решающим. Командовал союзническими силами будущий герой Отечественной войны 1812 г. М. Кутузов, но боевыми действиями фактически руководил император Александр I согласно одобренному им лично плану австрийского полковника Ф. Вейротера. Именно его неумелое руководство, а также целый ряд грубых просчётов в планировании, организации и ведении боевых действий со стороны австрийского командования привело союзников к поражению. Даже героические действия русских войск не смогли спасти положение. Сражение при Аустерлице показало превосходство военной системы и военного искусства французов перед российским и австрийским.

«Причины этому были в следующем: измена австрийцев, дурное продовольствие, посылаемое войску, измена поляка Пржибышевского и француза Ланжерона, неспособность Кутузова и — потихоньку говорили — молодость и неопытность государя, вверившегося дурным и ничтожным людям. Но войска, русские войска, говорили все, были необыкновенны и делали чудеса храбрости. Солдаты, офицеры и генералы были герои. Но героем из героев был князь Багратион, прославившийся своим Шенграбенским делом и отступлением от Аустерлица, где он один провёл свою колонну нерасстроенно и целый день отбивал вдвое сильнейшего неприятеля…». Граф Л. Толстой.

Все началось ровно за год до самой баталии, после того как Бонапарт был коронован императором Франции, над крупнейшими европейскими монархиями нависла смертельная угроза. Сначала австрийский император Франц II и наш Александр I пытались урезонить амбициозного корсиканца. Русский царь послал к нему молодого князя Долгорукова со словами о справедливости и свободе наций. Позже Бонапарт вспоминал: «Александр прислал ко мне для переговоров какого-то дерзкого мальчишку, который разговаривал со мной так, как будто я боярин, которого можно сослать в Сибирь». Когда стало ясно, что словами Наполеона не проймешь, решили воевать. Создали русско-австрийскую коалицию и назначили генеральное сражение. Местом этого сражения и были определены поля Аустерлица.

Когда за несколько дней до баталии Александр прибыл в войска, армия встретила его без какого бы то ни было энтузиазма. А как еще должны были встречать царя голодные и оборванные солдаты, которые для поиска пропитания вынуждены были грабить окрестные деревни. А тут еще так называемые союзники — австрийцы, которые вечно задирают нос и считают, что они-то и есть главная надёжа и опора всей Европы перед лицом наполеоновского порабощения. Сказать, что духа боевого товарищества между русской и австрийской армиями не было и в помине, — значит, ничего не сказать. Единственное, что могли делать русские и австрийцы вместе, — это драться. Друг против друга, естественно. Что касается императора, то он в проблемы своих солдат особо не вникал, предпочитая общаться с молодыми адъютантами, которые одновременно являлись и фаворитами царя. Именно они заправляли всеми делами в армии, открыто и нагло насмехаясь над старыми генералами. Среди этих генералов был, кстати, и Кутузов, который, попросив однажды у императора указаний по передвижению войск, в ответ получил: « Не ваше дело!»

В качестве военного советника Александр предпочитал Кутузову австрийского генерала Вейротера, человека ограниченного, самодовольного и угодливого. Именно он и стал главнокомандующим русско-австрийской коалицией.

В ночь перед сражением Вейротер созвал военный совет и начал излагать перед генералами диспозицию завтрашней баталии. Многословные объяснения австрийца приходилось переводить на русский, поскольку немецкий среди аристократов России был распространен несколько менее, чем французский. Особенную сложность представляли многочисленные названия селений, рек, высот, перечисляемых Вейротером в качестве ориентиров. Как отметил все тот же Ланжерон, можно было подумать, что учитель растолковывает урок ученикам. Никаких возражений главнокомандующему не допускалось. Кутузов, который не мог спокойно слушать всю эту ахинею, но не мог и возразить, просто притворился спящим. Кстати, пока русские и австрийские генералы на военном совете разбирались с названиями ориентиров и увлеченно рисовали стрелки на картах, Наполеон восемь дней провел на местности, изучая ее и размышляя. Наверно, единственным человеком, в которого план Вейротера вселил оптимизм и веру в успех, был Александр. На следующее утро в парадном мундире он поднялся на близлежащие Праценские высоты, намереваясь произвести смотр войскам. Равнина была окутана плотным туманом, который скрывал передвижения в неприятельском стане. Увидев Кутузова, тревожно вглядывавшегося в даль, Александр бодро спросил у него: «Ну, как вы полагаете, дело пойдет хорошо?» Старый генерал улыбнулся и с осмотрительностью опытного придворного ответил: «Кто может сомневаться в победе под руководством вашего величества?» «Нет, нет, — возразил Александр. — Командуете здесь вы. Я всего лишь зритель!»

Кутузов почтительно поклонился, а когда император отъехал на приличное расстояние, сказал вполголоса одному из своих адъютантов: «Хорошенькое дело! Я должен командовать боем, которого не хотел предпринимать, когда я даже не хочу идти в атаку!» Впоследствии Александр говорил: «Я был молод и неопытен. Кутузов говорил мне, что нам надо было действовать иначе, но ему следовало быть настойчивее в своем мнении».

Сражение трех императоров и по сей день не дает спокойно спать военным стратегам и теоретикам. Наполеон, располагая намного меньшей армией, разгромил союзные войска за шесть часов. Александр и Франц бежали с поля боя задолго до того, как этот кошмар закончился.

Почти вся свита российского императора разбежалась, и он остался практически один. Царь слез с лошади, сел на землю и заплакал. До 1812 г. оставалось семь лет…

После сражения Третья антифранцузская коалиция распалась.

26 (14) декабря 1805 г. заключён Пресбургский мир между Австрией и Францией. Окончание первой войны России с Наполеоном.

18 (6) марта 1806 г. в Петербурге открылась первая в России (и третья в мире) специализированная глазная лечебница.

13 (1) июня 1806 г. в Санкт-Петербурге архитектором Кваренги заложен Смольный институт для благородных девиц.

17 (5) августа 1806 г. из первого кругосветного путешествия, совершённого русскими моряками, вернулся в Кронштадт корабль «Нева» под начальством капитан-лейтенанта Ю. Лисянского (часть пути вместе, часть параллельно с И. Крузенштерном на «Надежде»). В ходе трёхлетнего путешествия Лисянский впервые в истории мореплавания совершил за 142 дня безостановочный переход от Кантона (Гуанчжой, Южный Китай) до Портсмута (Великобритания).

20 (8) августа 1806 г. в Кронштадт на корабле «Надежда» прибыла экспедиция адмирала И.Ф. Крузенштерна, завершившая первое в истории русского флота кругосветное плавание.

31 (19) августа 1806 г. Александр I провозгласил бескорыстие основным принципом внешней политики России.

15 октября 1806 г. в состав России включено Бакинское ханство.

30 (18) декабря 1806 г. Турция объявила войну России, стремясь вернуть утраченные территории в северном Причерноморье. Война длилась до 1812 г. и завершилась буквально за несколько дней до вторжения в Россию Наполеона. И на этот раз турки не сумели добиться победы.

русско-турецкая война