Временное правительство

  1917  Львов Георгий Евгеньевич  1861 — 1925

Я предвижу громадную будущность России. Конечно, и ей придется пройти через
известные встряски и, может быть, тяжелые потрясения, но все это пройдёт, и после того Россия воспрянет и сделается оплотом всей Европы, самой могущественной, может быть, во всем мире державой.

Т. Рузвельт

17 (4) марта 1917 г. Г.Е. Львов разослал по стране телеграммы о замене губернаторов комиссарами Временного правительства.

И это слово, оказывается, не большевики нам придумали.

СПРАВКА. Георгий Евгеньевич Львов, 1861 г. рождения, представитель ярославской ветви династии Рюриковичей.

Львов Г.Е.

К середине ХIХ в. род Львовых оскудел, обеднел, и отец будущего премьера, продав Хорошевку – последнее своё имение в тогдашнем ближнем Подмосковье, переехал в Дрезден, где и родился Георгий.

Получив наследство, семья вернулась в Россию, где отец занял пост управляющего Тульской губернской палаты госимущества. Но на таком хлебном, по нашим временам, посту не разжился, а совсем напротив…

Будущий премьер Временного правительства после окончания гимназии не гнушался крестьянского труда. Развёл сады, ягодники, организовал торговлю фруктами в Москве… В общем, «выживал». И окончил юридический факультет МГУ, тот самый, что дал «путёвку в большую жизнь» помощнику комбайнера М.С. Горбачёву и лучшему его другу и самому последовательному оппоненту А.И. Лукьянову.

Князь Г.Е. Львов – депутат Госдумы с 1906 г.

18 (5) марта 1917 г. Временное правительство объявило всеобщую амнистию, издало постановление о ликвидации корпуса жандармов.

18 (5) марта 1917 г. военный министр Временного правительства генерал-майор А. Верховский записывает в дневнике: «…Сейчас это уже стало ясно: масса поняла революцию как освобождение от труда, от исполнения долга, как немедленное прекращение войны. Отдыха, хлеба, зрелищ. Это психология разбитого народа… Система дисциплины, дисциплинарные наказания, отдание чести – всё это метод, чтобы приучить массу автоматически исполнять приказания. Без этого армия не существует. И вот именно сюда-то и направился удар. Все, кто был строг и требователен, у кого служба шла отчётливо, все они – «старый режим». Как ясно чувствуется сейчас то, что в массах не было и нет любви к родине, нет понимания опасности, грозящей стране… Тёмному, не любящему родину народу не видна необходимость жертвы и самоограничения, и основы армии начинают колебаться…»

19 (6) марта 1917 г. Временное правительство одним из своих первых внешнеполитических актов признало независимость Финляндии. Часто говорят, что, мол, Ленин дал Финляндии независимость. Нет, Финляндия обязана своим суверенитетом первой российской демократии — Временному правительству князя Львова. А уж потом, зимой 39-40, она отстояла свою независимость с оружием в руках против сталинских полчищ. Сталину удалось оттяпать только небольшой кусок Финляндии — от Сестрорецка до Выборга. Трудно сказать, будет ли эта сталинская добыча когда-нибудь возвращена финнам, но они, во всяком случае, сохранили собственное государство.

19 (6) марта 1917 г. «Петроград терпит недостаток в хлебе и дровах, народ страдает. Сегодня утром на Литейном я был поражён злым выражением, которое я читал на лицах всех бедных людей, стоявших в хвосте, из которых большинство провело там всю ночь. Но что делать? Железнодорожный кризис действительно усилился. Сильные морозы, которые держатся во всей России (-34) вывели из строя – вследствие того, что полопались трубы паровозов, — более тысячи двухсот локомотивов, и запасных труб вследствие забастовок не хватает. Кроме того, в последние недели выпал исключительно обильный снег, а в деревнях нет рабочих для очистки путей. В результате – 5700 вагонов в настоящее время застряли» (из дневника М. Палеолога).

Погоним в шею с царского двора
того, чья рожа нам осточертела.

В. Хатюшин

20 (7) марта 1917 г. согласно приказу императорские театры стали именоваться «государственными». Все портреты отрёкшегося государя были убраны. Все геральдические знаки империи – орлы и короны – были сбиты…
Но стало ли от этого красивее?..

20 (7) марта 1917 г. член французской военной комиссии Жак Садуль пишет письмо в Париж; в нём он так описывает обстановку в России после Февральской революции: «Положение большевиков далеко не блестящее. С экономической, финансовой и военной точки зрения государственный механизм разбит вдребезги. Ясно, что во всех кругах люди устали от беспорядка. Однако, политическая ситуация тревожная. В центре анархисты, бесспорно, завоёвывают позиции. Идеологов, которые ещё фактически стоят во главе движения, большевики легко могут подчинить себе и привести их к временному сотрудничеству. Но анархистские массы пополняются за счёт самых низов общества. Их цели – разграбление богатств, имеющихся у буржуа. Чтобы быстро уничтожить анархию, большевики должны показать, что они могут быть безжалостными».

20 (7) марта 1917 г. Временное правительство под давлением исполкома Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов постановило «признать отрёкшегося императора Николая II и его супругу лишёнными свободы и доставить отрёкшегося императора в Царское Село».

20 (7) марта 1917 г. в Москве вышел первый номер большевистской газеты «Социал-демократ». «Правда» в то время издавалась в Петрограде.

Усеяна земля осколками Державы:
Куда ни сделай шаг, кровавые следы,
Не обрести в бою ни вечности, ни славы,
Ни честного креста, ни жестяной звезды.

В. Верстаков

21 (8) марта 1917 г. Николай II подписал свой прощальный приказ Армии и Флоту:
«В последний раз обращаюсь к Вам, горячо любимые мною войска. После отречения мною за себя и за сына моего от Престола Российского, власть передана Временному правительству по почину Государственной Думы возникшему. Да поможет ему Бог вести Россию по пути славы и благоденствия. Да поможет Бог и Вам, доблестные войска, отстоять нашу Родину от злого врага. В продолжение 2,5 лет Вы несли ежечасно тяжёлую боевую службу, много пролито крови, много сделано усилий и уже близок час, когда Россия, связанная со своими доблестными союзниками, одним общим стремлением к победе сломит последнее усилие противника.
Эта небывалая война должна быть доведена до полной победы.
Кто думает теперь о мире, кто желает его – тот изменник отечеству, его предатель. Знаю, что каждый честный воин так мыслит. Исполняйте же Ваш долг, защищайте доблестную нашу Великую Родину, повинуётесь временному правительству, слушайтесь Ваших начальников, помните, что всякое ослабление порядка службы только на руку врагу.
Твёрдо верю, что не угасла в Ваших сердцах беспредельная любовь к нашей Великой родине. Да благословит вас Господь Бог и да ведёт Вас к победе Святой великомученик и Победоносец Георгий».

Приказ был скрыт от армии и флота.

По распоряжению Г.Е. Львова в тот же день Николай II и вся семья последнего российского императора были арестованы. Сначала их содержали в Царском Селе до 14(1) августа 1917 г/, а затем отправили в Тобольск. После утверждения в Сибири Советской власти император с семьёй был переведён в Екатеринбург.

Вот откуда начался их путь к подвалу Ипатьевского дома.

В этот же день И. Северянин написал знаменитые строки в связи со свободою слова:

Поверить трудно: вдруг – всё можно?!
Трепещет страстно мукой стих…
Но невозможное – возможно
В стране возможностей больших!..

После его отречения была образована Чрезвычайная следственная комиссия для расследования деятельности прежнего правительства. Прокурору Виленской судебной палаты А.Ф. Романову было поручено произвести особое расследование о «злоупотреблениях» Государя и его министров, о которых ходила устная и газетная молва. Надеждам комиссии, однако, не суждено было оправдаться. «Не скрою, — пишет А.Ф. Романов, — что я находился под влиянием слухов, захвативших всех, и был предубеждён против личности Государя. Утверждаю, однако, что не я один на основании изучения материалов пришёл к совершенно противоположным выводам. Я твёрдо верю, что на светлом имени благородного Царя-страдальца история не оставит ни одного пятна от той грязи, которой его хотели забрызгать».

21 (8) марта 1917 г. в Москве в здании Английского клуба основан Музей Революции. С 7 октября 1998 г. он стал называться Государственным центральным музеем современной истории России.

22 (9) марта 1917 г. под нажимом Петроградского Совета в столице России введён 8-часовой рабочий день.

22 (9) марта 1917 г. США первыми из зарубежных стран признали Временное правительство России.

23 (10) марта 1917 г. Временное правительство упразднило Департамент полиции Министерства внутренних дел и провозгласило замену полиции «народной милицией» с выборным начальством, подчиненным органам местного самоуправления.

23 (10) марта 1917 г. Из телеграммы М. Палеолога в Париж: «Несмотря на величие фактов, совершившихся за последние десять дней, события, при которых мы присутствуем, по-моему, являются лишь прелюдией. Силы, призванные играть решающую роль в конечном результате Революции (например: крестьянские массы, священники, евреи, инородцы, бедность казны, экономическая разруха и пр.), ещё даже не пришли в действие. Вопросы экономические, социальные, религиозные не замедлят возникнуть. Это – вопросы страшные, с точки зрения войны, потому что славянское воображение, далёкое от того, чтобы быть конструктивным, как воображение латинское или англо-саксонское, в высшей степени анархично и разбросано. Пока эти вопросы не будут решены, общественное мнение будет занято ими».

24 (11) марта 1917 г. в лесу, у посёлка Парголово под Петроградом, сожжён на костре гроб с останками «старца» Григория Распутина. Именно с ним большинство обывателей связывало кризис российской империи. Интересно, что когда революционные трудящиеся предали забальзамированный труп Распутина огню, он к всеобщему ужасу… сел на костре. Такой вот был старец…

24 (11) марта 1917 г. В. Ленин пишет из Цюриха в Женеву В. Карпинскому: «Мы против сближения с другими партиями». На следующий день ему же (по-французски): «Наша тактика: полное недоверие, никакой поддержки новому правительству, Керенского особенно подозреваем, вооружение пролетариата – единственная гарантия…».

Революция — конец старой жизни, а не начало новой жизни, расплата
за долгий путь. В революции искупаются грехи прошлого. Революция всегда
говорит о том, что власть имеющие не исполнили своего назначения.

Н. Бердяев

25 (12) марта 1917 г. на Красной площади в Москве состоялся массовый парад в честь Торжества Революции. На красных плакатах в этот день впервые появились слова: «Без аннексий и контрибуций».

25 (12) марта 1917 г. транссибирским экспрессом в Петроград вернулись из сибирской ссылки (по амнистии, объявленной Временным правительством) три видных деятеля большевистской партии: Л. Каменев, И. Сталин, депутат IV Думы М. Муранов.

25 (12) марта 1917 г. опубликовано постановление Временного правительства о повсеместной отмене смертной казни, которая, однако, уже к 12 июля 1917 г. была восстановлена на фронте за ряд воинских преступлений. За время существования Советской России смертная казнь отменялась трижды: с ноября 1917 г. до февраля 1918-го, с января 1920-го до 11 мая 1920-го, с 26 мая 1947-го до 12 января 1950-го. Со 2 августа 1996 г. в стране действует мораторий на исполнение смертной казни.

26 (13) марта 1917 г. Императорский Большой театр после 11 дней простоя, связанного с неожиданным крушением Российской империи, вновь открылся теперь уже как Государственный Большой театр.

27 (14) марта 1917 г. на пленарном заседании Петроградского Совета в огромном зале Морского кадетского корпуса почти единогласно принят манифест «К народам всего мира» с призывом «взять в свои руки решение вопроса о войне и мире», а также воззвание к полякам, в котором признавалось неотъемлемое право Польши на независимость: «Польша имеет право быть совершенно независимой в государственно-международном отношении».

28 (15) марта 1917 г. покончил с собой, узнав об отречении царя, начальник Московского охранного отделения и Особого отдела департамента полиции Сергей Зубатов.

28 (15) марта 1917 г. вышел первый номер «преобразованной» газеты «Правда» (объявлено о радикальных изменениях в составе редколлегии, которую возглавили Каменев и Сталин). На короткое время – до приезда из-за границы В.И. Ленина – газета перешла на оборонческие позиции. По свидетельству В. Суханова («Записки о революции»), она «стала неузнаваемой. Окружающая «большая пресса» диву давалась и непременно рассыпалась бы в комплиментах, если бы не удерживало сознание, что ничего, в конце концов, не может быть доброго из Назарета. О правой опасности со стороны большевизма ни у кого, разумеется, не было мысли. Это была любопытная излучина».

30 (17) марта 1917 г. Временное правительство запретило применение всех видов оков для заключённых.

30 (17) марта 1917 г. «Самый опасный зародыш, заключающийся в Революции, развивается вот уже несколько дней с ужасающей быстротой. Финляндия, Лифляндия, Эстландия, Польша, Литва, Украина, Грузия, Сибирь требуют для себя независимости или, по крайней мере, полной автономии. Что Россия обречена на федерализм, это вероятно. Она предназначена к этому беспредельностью своей территории, разнообразием населяющих её рас, возрастающей сложностью её интересов. Но нынешнее движение гораздо более сепаратистское, чем областное… оно стремится ни больше, ни меньше, как к национальному распаду. Да и Совет всеми силами способствует этому» (из дневника М. Палеолога).

31 (18) марта 1917 г. «Анархическая пропаганда заразила уже большую часть фронта. Со всех сторон мне сообщают о сценах возмущения, об убийстве офицеров, о коллективном дезертирстве. Даже на передовой линии фронта группы солдат покидают свои части, чтобы отправиться посмотреть, что происходит в Петрограде или в их деревнях» (из дневника М. Палеолога).

1 апреля (19 марта) 1917 г. «Новый военный губернатор Петрограда, генерал Корнилов, старается мало-помалу взять в руки войска гарнизона. Задача тем более трудная, что большинство офицеров были убиты, лишены погон или прогнаны. Он назначил на сегодня утром смотр на площади Зимнего дворца и, очень основательно, собрал лишь лучшие элементы, части, в которых дисциплина наименее пострадала. В первый раз со времени падения императорского режима собираются значительные силы в регулярном строю. Зрелище необыкновенно поучительное. С точки зрения военной я так резюмирую своё впечатление: в войсках дух дисциплины не совсем исчез, но они думают меньше о своих военных обязанностях, чем о своих надеждах на политическое и социальное обновление» (из дневника М. Палеолога).

1 апреля (19 марта) 1917 г. «Весенний день, не оттепель – а дружное таяние снегов. Часа два сидели на открытом окне и смотрели на тысячные процессии. Сначала шли «женщины». Несметное количество, шествие невиданное (никогда в истории, думаю). На углу образовался затор, ибо шли по Потёмкинской войска. Женщины кричали войскам – «ура!». После «баб» и «дам» — шли опять неисчислимые полки» (из «Петербургских дневников» З. Гиппиус).

3 апреля (21 марта) 1917 г. после длительного затишья на русско-германском фронте противник предпринял наступление против русского корпуса, занимавшего плацдарм на реке Стоход (приток Припяти, район Пинских болот). Газовая атака и массированная трёхкратная артподготовка в сочетании с численным превосходством наступающих (при невозможности отхода из-за начавшегося половодья) привели к потере трёх дивизий и плацдарма.

«В Берлине были в высшей степени раздражены самоуправством генерала Гофман и его несанкционированными операциями, которые легко могли сорвать планы развала русской армии мирными средствами. Генералу приказали немедленно прекратить военные действия, а победу на реке Стоход было решено отразить в официальном коммюнике по возможности в наиболее сдержанных тонах. Весть о поражении на реке Стоход потрясла Россию и породила глубокую тревогу относительно общего положения на фронте. Эту тревогу ещё более углубило заявление германского верховного командования, беспрецедентное за всю историю войн. В заявлении, подписанном Гендинбургом, наступление в районе реки Стоход характеризовалось как «случайное недоразумение», которое впредь не повторится» (А.Ф. Керенский «Россия на историческом повороте»).

5 апреля 1917 г. в Петрограде состоялись торжественные похороны жертв Февральской революции, в которых приняли участие около миллиона человек. «Порядок, дисциплина, — отмечала «Правда», — были самые удивительные и достигались одними товарищескими напоминаниями».

7 апреля (25 марта) 1917 г. Временным правительством издан закон о хлебной монополии, по которому весь хлеб по твёрдым ценам передавался крестьянами в распоряжение государства. В случае обнаружения укрытых хлебных запасов они отчуждались по половинной цене. Для заведования хлебным делом были учреждены продовольственные комитеты.

7 апреля (25 марта) 1917 г. в Петрограде открылся и продолжался до 10 апреля VII съезд кадетской партии. Он принял резолюцию о новой редакции п. 13 её программы: «Россия должна быть демократической и парламентской республикой» (вместо прежнего лозунга конституционной монархии). Несколько позже партия официально наименовалась партией народной свободы.

7 апреля (25 марта) 1917 г. в соответствии с решением Временного правительства императорская собственность перешла в распоряжение государства.

8 апреля (26 марта) 1917 г. Из дневника М. Палеолога: «Исчисляют приблизительно в один миллион количество лиц, присутствовавших в прошлый четверг на похоронной процессии на Марсовом поле. Гражданский характер похорон не вызвал никакого народного протеста. Одни только казаки заявили, что совесть запрещала им принять участие в похоронах без образа Христа, и остались в своих казармах.

Но на следующий день странное беспокойство распространилось среди простонародья, в особенности среди солдат, — чувство, в котором были: отчуждение, угрызение совести, смутная тревога, суеверные предчувствия. Теперь сомнений не было: эти похороны без икон и попов были святотатством. Бог покарает за это. А казаки это поняли! Они не дали себя вовлечь в эту преступную авантюру; они всегда смекают!.. И потом, не нечестие ли выкрасить гробы в красный цвет? Есть лишь два христианских цвета для гробов: белый и жёлтый; это так известно, что об этом даже не упоминается в Катехизисе. Таким образом, этим дьявольским измышлением выкрасить гробы в красный цвет осквернили покойников. Этого только недоставало!.. Вся церемония на Марсовом поле, должно быть, была устроена евреями!..

Этот протест публичного мнения сделался настолько распространённым и сильным, что Временное правительство сочло долгом дать ему удовлетворение. По его распоряжению священники пришли вчера прочитать заупокойные молитвы на могилах Марсова поля».

9 апреля (27 марта) 1917 г. в 3 часа 10 мин. из Цюриха при содействии правительства Германии 32 революционера-эмигранта – «члены различных групп ленинского направления» (дефиниция германского посланника в Берне) во главе с В. Ульяновым-Лениным выехали в Россию в так называемом пломбированном вагоне. Среди спутников Ленина — Н. Крупская, И. Арманд, Г. Зиновьев и другие русские политэмигранты. Пассажирам не разрешалось покидать вагон во время коротких остановок: власти боялись, что они развернут агитацию во взрывоопасной рабочей среде. Маршрут проходил через Германию, Швецию и Финляндию.

9 апреля (27 марта) 1917 г. Полным ходом идёт Первая мировая война. На Западном фронте в районе Арраса началось апрельское наступление союзников («бойня Нивеля» — по имени французского главнокомандующего), продолжавшееся до 5 мая при участии 6-й французской и 3-й британской армий (100 пехотных дивизий). Потери Антанты составили свыше 200 тыс. чел., а взято было только две линии обороны немцев. В наступлении участвовали также отборные русские соединения (экспедиционный корпус), вводившиеся французским командованием на ответственных участках.

9 апреля (27 марта) 1917 г. Из письма британского посла в Петрограде Дж. Бьюкенена в Форин офис: «Социалистическая пропаганда в армии продолжается. Я не хочу быть пессимистом, но если положение не улучшится, то мы, вероятно, услышим о серьёзном несчастье, как только германцы решат предпринять наступление.

По представлению русских, свобода состоит в том, чтобы легко относиться к вещам, требовать двойной заработной платы, демонстрировать на улицах и проводить время в болтовне и голосовании резолюций на публичных митингах. Министры работают до упаду и питают наилучшие намерения. Но, хотя мне всё время повторяют, что их положение упрочивается, однако, я не вижу никаких признаков укрепления их авторитетов. Совет продолжает действовать так, как будто бы он был правительством, и он уже пытался заставить министров обратиться к союзным правительствам по вопросу о мире».

«Представление о царском режиме как об узкосердечном и гнилом отвечает поверхностным утверждениям наших дней. Но один только взгляд на 30-месячную войну против Германии и Австрии должен изменить это представление и установить основные факты. По тем ударам, которые Российская империя пережила, по катастрофам, которые на неё свалились, мы можем судить о её силе…

Жертвенное наступление русских армий в 1914 году, которое спасло Париж, упорядоченный отход без снарядов, и снова медленно нарастающая сила. Победы Брусилова, начало нового русского наступления в 1917 году, более мощного и непобедимого, чем когда бы то ни было…
На пороге победы Россия рухнула на землю, заживо пожираемая червями» (У. Черчилль).

10 апреля (28 марта) 1917 г. в Москве и Петрограде создано Центральное бюро профсоюзов.

11 апреля (29 марта) 1917 г. открылась 1-я Всероссийская конференция Советов рабочих и крестьянских депутатов. На конференции избран Центральный Исполнительный Комитет (ЦИК), большинство в котором принадлежало эсерам и меньшевикам.

А в это время руководитель политической секции германского генштаба в Берлине капитан фон Хюльзен шлёт донесение о ходе поездки «пломбированного вагона» с Лениным и его соратниками: «Офицер в штатском при проходе здесь поезда посетил его. От имени русских Платтен (примечание: швейцарский социал-демократ, организатор поездки и посредник ленинцев в сношениях с немцами) заявил, что они весьма удовлетворены предупредительностью немецкого правительства. О питании заботы было проявлено достаточно, но русские пожелали очень немного. Во Франкфурте вагон с русскими из-за опоздания их поезда не удалось присоединить к другому поезду, так что произошла некоторая задержка транспорта. Поэтому русские сегодня должны остаться в Застнице. Там позаботились о хорошем пристанище в закрытом помещении».

13 апреля (31 марта) 1917 г. вечером в Петроград вернулся из 37-летней эмиграции один из первых русских марксистов Георгий Валентинович Плеханов (1856-1918), прибывший вместе с делегацией французских и английских социалистов. На Финляндском вокзале первого марксиста России, «отца русской социал-демократии» толпы людей встречали восторженными «Ура!» и «Марсельезой». В дальнейшем этот эпизод был затушёван, чтобы оставить в истории восторженный приём народом лишь Ленина.

Плеханов с 40 своими сторонниками возвратился из Швейцарии через Францию и Англию при содействии руководства Антанты вернулся в Россию тремя днями раньше Ленина. «Я счастлив, — говорилось в его кратком выступлении, — что вернулся на Родину, я отдам остаток своих сил работе для победы революции…»

Картина весеннего Петрограда вызвала у Плеханова сложные чувства. Казалось бы, свершилось: свергнут 300-летний режим Романовых. Но тут же – опасение, что стихия революции «понесёт» страну не туда, куда нужно. В конце концов, возвращение на родину обернулось огромной личной трагедией для первого русского марксиста – об этом свидетельствует его книга «Год на родине», вышедшая в Париже уже после смерти Плеханова (менее чем через год первый русский марксист бежал в Финляндию, где и умер в мае 1918 г.)

13 апреля (31 марта) 1917 г. командующий войсками Московского военного округа генерал от артиллерии Морозовский издал «обязательное постановление по Москве и Московскому уезду» о воспрещении владельцам торговых заведений грубого обращения с покупателями и посетителями. Виновным грозило тюремное заключение сроком до 3 месяцев или денежный штраф до 3000 руб.

Все ждут и ждут чего-то день за днём…
Ждут, что придёт неведомый мессия, —
и мы, как прежде сладко заживём,
и всех утешит матушка-Россия.

В. Хатюшин

16 (3) апреля 1917 г. В. Ульянов-Ленин в 23 час. 10 мин. возвратился вместе с несколькими десятками его соратников в Петроград из эмиграции (с 1900 г., с перерывом в 1905-1907 г.г.) в «пломбированном» вагоне. Маршрут, начавшийся в Швейцарии, прошёл через Германию, Швецию, Финляндию. В письме, отправленном спустя три дня партийному товарищу в Женеву, Владимир Ильич сообщил: «Доехали чудесно». Возвращаясь в поезде на родину, Ильич почти не сомневался, что, как только он окажется в России, его тут же арестуют. Однако дурное предчувствие не сбылось — его ждала торжественная встреча. На Финляндском вокзале его встречала огромная возбуждённая толпа. С приветствием от имени Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов к Ленину обратился один из лидеров меньшевиков Николай Чхеидзе. Ленин, не дослушав приветствия, повернулся к Чхеидзе спиной и направился на привокзальную площадь, где, взобравшись на капот броневика, провозгласил здравицу в честь социалистической революции.

Стоя под лучами прожекторов, он в ночь на 17 (4) апреля начал свою знаменитую речь, вошедшую в историю как «Апрельские тезисы». В этих тезисах, написанных на нескольких тетрадных страничках, Лениным была сформулирована новая стратегия и тактика большевиков.

Их старая революционная концепция была отброшена. Выдвигалась идея — борьба за перерастание «буржуазной» революции в социалистическую с опорой на пролетариат и беднейшие слои деревни с установлением диктатуры партии большевиков в форме власти Советов. Естественно, это означало устранение Временного правительства и тех сил, на которые оно опиралось. Но Ленин не выдвигал «лобового» лозунга свержения правительства, он предлагал по-макиавеллиевски коварный план: свергать Временное правительство должны были Советы, поддерживавшие это правительство. Но Советы не прежние, многопартийные, а большевизированные. Совершенно очевидно, что такая политика большевиков вела к конфронтации с другими левыми партиями и группами, означала предательство общих социалистических интересов. Но Ленину все эти моральные соображения были безразличны.

Ведущие публицисты и политики той поры справедливо характеризовали «Апрельские тезисы» как «контрреволюционную пропаганду», «возбуждение пламени гражданской войны». Однако вождь большевиков переиграл их всех, даже своих соратников.

Своей неожиданностью ленинская программа поразила всех. На Плеханова выступление Ленина произвело тяжелое впечатление. Он писал, что «тезисы эти написаны как раз при той обстановке, при которой набросал одну свою страницу Аксентий Иванович Поприщин: «Числа не помню. Месяца тоже не было. Было черт знает что такое». Большевистская «Правда», которой руководили Каменев и Сталин, напечатала тезисы, а редакционный комментарий по сути повторял плехановскую оценку.

Возвращение лидера большевиков резко изменило политическую ситуацию в Петрограде. Уже на следующий день Лениным был провозглашён лозунг: «Никакой поддержки революционному оборончеству».

Революция надвигалась…

18 (5) апреля 1917 г. в большевистской «Правде» опубликован призыв: «Русская революционная армия во всех ротах, эскадронах, сотнях, батареях и иных командах должна обучаться пению «Интернационала», на заводах и в мастерских предлагалось «организовывать певческие кружки и спеваться».

18 (5) апреля 1917 г. в Петрограде на заседании ЦК РСДРП Сталин, Каменев и большинство других большевистских лидеров выступили против ленинских «Апрельских тезисов». Его оппоненты считали, что прежде, чем брать курс на социалистическую революцию, партия должна принять участие в завершении буржуазно-демократической революции. Только к началу мая Ленину удалось заставить партию принять его радикальную программу.

18 (5) апреля 1917 г. Из дневника М. Палеолога: «Милюков говорил мне сегодня утром с сияющим видом:

— Ленин вчера совершенно провалился в Совете. Он защищал тезисы пацифизма с такой редкостью, с такой бесцеремонностью, с такой бестактностью, что вынужден был замолчать и уйти освистанным… Уже он теперь не оправится.

Я ему отвечаю на русский манер:

— Дай бог!

Но я боюсь, что Милюков лишний раз окажется жертвой своего оптимизма. В самом деле, приезд Ленина представляется мне самым опасным испытанием, какому может подвергнуться русская Революция».

19 (6) апреля 1917 г. в России объявлена подписка на «Заем свободы», выпущенный Временным правительством для финансирования военных расходов.

25 (12) апреля 1917 г. Временное правительство России издало указ о свободе собраний и объединений.

29 (16) апреля 1917 г. Верховный главнокомандующий русской армии М.В. Алексеев в письме военному министру А.И. Гучкову: «Положение в армии с каждым днем ухудшается; поступающие со всех сторон сведения говорят, что армия идет к постепенному разложению».

30 (17) апреля 1917 г. Из дневника М. Палеолога: «Анархия поднимается и разливается с неукротимой силой прилива в равноденствие. В армии исчезла какая-либо дисциплина… Исчисляют более чем в 1 200 000 человек количество дезертиров, рассыпавшихся по России, загромождающих вокзалы, берущих с бою вагоны, останавливающих поезда… В администрации такой же беспорядок. Начальники потеряли всякий авторитет в глазах своих служащих, которые, впрочем, большую часть своего времени заняты словоизвержением в советах или манифестациями на улицах».

1 мая (18 апреля) 1917 г. обнародовано заявление Временного правительства России («нота Милюкова») о продолжении войны «до победного конца». С этого дня начался первый кризис Временного правительства и усиление поляризации общественных настроений.

1 мая (18 апреля) 1917 г. вышел первый номер газеты «Новая жизнь» (редакторы М. Горький, В. Базаров, В. Строев, Н. Суханов и другие). В июле 1918 г. газета была закрыта большевиками.

7 мая (24 апреля) 1917 г. в Петрограде, во дворце, ещё совсем недавно принадлежавшем Матильде Кшесинской, большевики собрали VII Всероссийскую конференцию. Трудились в поте лица и произвели на свет 12 мая, приняв почти без поправок и почти единогласно несколько резолюций, которые, по существу, представляли «Апрельские тезисы» Ленина.

«То, что Плеханов назвал бредом, то, что для самих старых большевиков месяц назад было дико и смешно, стало ныне официальной платформой партии, не по дням, а по часам овладевающей российским пролетариатом» (Н. Суханов «Записки о революции»).

Нужно иметь особый талант, чтобы так «плодотворно» работать в течение целых шести дней!

9 мая (26 апреля) 1917 г. особым постановлением Временного правительства «О печати» полностью упразднена цензура. Из всех прежних ограничений сохранялась лишь обязанность редакций публиковать опровержения. Ликвидировано Главное управление по делам печати; в дальнейшем никаких подобных государственных учреждений при Временном правительстве не было.

10 мая (27 апреля) 1917 г. состоялось торжественное заседание в Петрограде по случаю открытия 1-й Государственной Думы с участием депутатов всех четырёх составов думы. Премьер, князь Г.Е. Львов, в своей речи сказал, что основой государственного управления Временное правительство «полагает не насилие и принуждение, а добровольное повиновение свободных граждан созданной ими самими власти… Ни одной капли крови не пролито по его воле, ни для одного течения общественной жизни им не создано насильственной преграды».

14 (1) мая 1917 г. «Военный министр Гучков подал в отставку, объявив себя бессильным изменить условия, в которых осуществляется власть, — условия, угрожающие роковыми последствиями для свободы, безопасности, самого существования России. Отставка Гучкова знаменует ни больше, ни меньше, как банкротство Временного правительства и русского либерализма. В скором времени Керенский будет неограниченным властелином России… в ожидании Ленина» (из дневника М. Палеолога)

14 (1) мая 1917 г. в Москве открылся 1-й Всероссийский съезд мусульман, (свыше 700 делегатов представляли 16 млн. мусульман, живших на территории бывшей империи). Важнейшие вопросы, взятые на рассмотрение, — национально-культурное самоопределение, аграрный, местное самоуправление.

16 (3) мая 1917 г. США предоставили первый заём Временному правительству России.

17 (4) мая 1917 г. в Петрограде открылся Всероссийский съезд крестьянских депутатов (по 10 июня), высказавшийся за полное доверие Временному правительству и продолжение войны с Германией.

17 (4) мая 1917 г. полку большевиков в Петрограде прибыло: вслед за Лениным сюда из политической эмиграции (из Америки) собственной персоной пожаловал Л. Троцкий. В Петрограде он и возглавляемая им группа «межрайонцев» начинают сближение с Лениным.

Троцкий вспоминал позднее: «Подготовка к Октябрьскому перевороту шла полным ходом. Я стал председателем Петроградского Совета. Имя моё склонялось печатью на все лады. В доме нас всё больше окружала стена вражды и ненависти… Сына моего травили в школе, называя его, по отцу, «председателем».

Уж лучше бы Троцкий из эмиграции не возвращался…

17 (4) мая 1917 г. совершён первый в истории российской армии прыжок с парашютом с аэростата. Это произошло на юго-западном фронте, в районе Тернополя. Пионером был штабс-капитан Соколов. Парашют был прикреплён к нему лишь в одной точке, и во время полёта тело Соколова начало быстро вращаться, но геройский авиатор прекратил это вращение с помощью резких взмахов фуражкой.

19 (6) мая 1917 г. в России спустя 4 дня после удаления из Временного правительства сторонников «войны до победного конца» Милюкова и Гучкова (соответственно министр иностранных дел и военно-морской министр) было образовано 1-е коалиционное Временное правительство, в которое вошли шесть министров-социалистов.

27 (14) мая 1917 г. опубликован приказ военного министра А.Ф. Керенского по армии о наступлении: «Во имя свободной России вы пойдёте туда, куда поведут вас вожди и правительство. Стоя на месте, прогнать врага невозможно. Вы понесёте на концах штыков ваших мир и справедливость. Вы пойдёте вперёд стройными рядами, скованные дисциплиной долга и беззаветной любви к революции и родине …»

30 (17) мая 1917 г. Ю. Никольский – А. Блоку: «Умные люди со всех сторон судачат, что пришёл конец России».

31 (18) мая 1917 г. Г.Е. Львов сформировал под своим же началом Первое коалиционное правительство, от которого ничего толком не получилось.

2 июня (20 мая) 1917 г. в российских газетах и на улицах появились объявления Центрального продовольственного комитета о запрещении выпекать французские булки, печенья и прочую сдобу, кроме ситного и ржаного хлеба. С той поры в хлебопотребляющих губерниях севера и центра России – вплоть до нэпа – население не видело белого хлеба и не слышало «хруста французской булки».

4 июня (22 мая) 1917 г. Верховным главнокомандующим Вооружённых сил России Временным правительством назначен генерал от кавалерии А.А. Брусилов (1853-1926), автор знаменитого «Брусиловского прорыва». До этого командовал Юго-Западным фронтом.

6 июня (24 мая) 1917 г. в Петрограде прошёл 7-й Всероссийский сионистский съезд, который взял курс на вооружённое восстание. Делегатами съезда были и меньшевики, и бундовцы, и большевики, и анархисты, и эсеры еврейской национальности. На съезде присутствовали и представители еврейской националистической организации «Поалей-Цион», действовавшей на юге России.

После переворота 7 ноября (25 октября) 1917 г. и сионистские организации, и «Поалей-Цион» (один из её отростков стал называться Еврейской коммунистической партией), и Бунд слились с РКП (б). Делить им было нечего.

15 (2) июня 1917 г. состоялось выступление С. Булгакова на Первом всероссийском съезде духовенства и мирян в Москве: «Значение переворота, происшедшего в России, не ограничивается русской жизнью, он есть грандиозное событие и во всей мировой истории, её всеобщий сдвиг. Весь мир изменился с русской революцией…» — отметил он в своей речи, а закончил её так: «Если грядущая Россия станет строиться без имени Христа, если демократия российская окажется в духовном разрыве со святой Русью, то какую же цену она имеет, кому она нужна, кому из нас дорога будет отрёкшаяся от Христа Россия?»

До нового, октябрьского, переворота оставалось совсем немного…

16 (3) июня 1917 г. в Петрограде открылся I Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. На нём присутствовали свыше тысячи делегатов, из которых 822 были с решающим голосом, а остальные — с совещательным. 285 мандатов принадлежали эсерам, 248 — меньшевикам и только 105 — большевикам. Основная масса депутатов съезда отвергла мысль о переходе власти к Советам и высказалась за образование коалиционного правительства. Был избран ВЦИК, в котором господствующие позиции заняли меньшевики и эсеры. Лидер меньшевиков И.Г. Церетели заявил: «В настоящий момент в России нет политической партии, которая говорила бы: дайте в наши руки власть, уйдите, мы займём ваше место…» В ответ Ленин от имени большевиков бросил с места: «Есть такая партия!»

В дневнике С. Шульги, участника съезда, есть запись: «…вечером выступает Церетели. Дорогой чёрный костюм, ораторская поза, театральные жесты, в голосе величавость: Церетели очень горд своим министерским постом:

— В настоящий момент, — безапелляционно заявляет он, — в России нет политической партии, которая говорила бы: дайте в наши руки власть, уйдите, мы займём ваше место.

Зал притих. Церетели громко настаивает:

— Такой партии в России нет!

И вдруг: — Есть такая партия!

Это было потрясающе…»

Ленинские слова стали хрестоматийными на долгие десятилетия. Эдакий возвышенный политический эпос. Но вот открылась правда о преступной деятельности партии, которая воевала, по существу, с собственным народом. И всё величие обернулось фарсом…

19 (6) июня 1917 г. в русской армии с одобрения Временного правительства началось формирование первых «женских батальонов смерти» для продолжения войны с немцами. Инициатором создания этих экзотических подразделений стала Мария Бочкарева – активистка Московского женского союза. Этим она хотела пристыдить мужчин-дезертиров (русская армия уже стала откровенно разваливаться). История умалчивает о подвигах этих батальонов (их было всего два) на русско-германском фронте, зато один из них «прославился» обороной Зимнего дворца от большевиков во время Октябрьской революции.

В октябре 1917 г. в женском батальоне числилось 1168 женщин-бойцов. В ночь большевистского захвата Зимнего дворца его защищала часть батальона в количестве 137 бойцов.

29 (16) июня 1917 г. артиллерия Юго-Западного фронта впервые после Февраля открыла массированный огонь по позициям австро-венгерских и германских войск. Артподготовка предваряла большое наступление русских войск, запланированное на 1 июля (18 июня).

«Наступление Керенского» стало последней попыткой русского командования переломить ход военных действий на русско-германском фронте. Как писал видный русский военный учёный генерал-лейтенант Николай Головин, «разработка штабами этого наступления была произведена образцово. Для подготовки атаки были сосредоточены ещё небывалые в Русской армии артиллерийские и технические средства. Артиллерия буквально смела с лица земли все укрепления противника», и в течение первых двух дней наступление шло блестяще. Однако затем пехотные части, разложенные революционными событиями, отказались наступать, выполнять приказы и подчиняться офицерам. Наступление провалилось.

3 июля (20 июня) 1917 г. состоялись муниципальные выборы в Москве и непрямые выборы в центральную (городскую) думу Петрограда. В первопрестольной более 60% набрали эсеры и получили в городской думе 116 мест из 200, кадеты – 34, меньшевики – 24, большевики – 23 места. В Петрограде городская дума избиралась районными думами, в результате 115 мест получили социалисты, 55 – кадеты, 35 – большевики.

13 июля (30 июня) 1917 г. воздухоплаватель поручик Нарбут совершил первый в русской армии прыжок с парашютом. Он прыгнул с крыла самолета «Вуазен» с парашютом «Жюкмекс», который он вытащил из сумки, подвешенной под гондолой самолета.

15 (2) июля 1917 г. кадеты вышли из Временного правительства России из-за намерения левых министров признать автономию Украины.

Что же? В России опять черно и будет чернее прежнего?

А. Блок

16 (3) июля 1917 г. в Петрограде началось двухдневное вооруженное выступление солдат, матросов, рабочих и анархистов под лозунгами: «Долой Временное правительство!», «Долой 10 министров-капиталистов!», «Вся власть Совету рабочих и солдатских депутатов!» (так называемые «Июльские дни»). В массовых вооруженных демонстрациях приняли участие до 500 тыс. чел.

Мятеж начался с демонстраций, учинённых солдатами Первого пулемётного запасного полка – одного из самых разложившихся полков столичного гарнизона. Пулемётчики, получив приказ отправить на фронт новые маршевые роты, выступили с оружием в руках против их отправки на фронт.

17 (4) июля 1917 г. войсками, верными Временному правительству, разогнана организованная большевиками вооружённая демонстрация, которая должна была послужить прологом к государственному перевороту.

К пулемётчикам-дезертирам присоединились высадившиеся в Петрограде отряды кронштадтских матросов. С этого момента во главе мятежа стали большевики. С балкона дворца Матильды Кшесинской Ленин с компаньонами призвал морячков к захвату власти. Вооружённые толпы ринулись к Таврическому дворцу, громя всё на пути.

Исход дела тогда определили решительные действия полковника лейб-гвардии Конной армии Сергея Ребиндера. Всего лишь с двумя орудиями и сотней казаков прикрытия он двинулся к Таврическому дворцу, где и был обстрелян из пулемётов группой товарищей в арестантских халатах. Недолго думая, полковник Ребиндер снялся с передков и самолично открыл огонь, уложив на месте восемь «арестантов»-пулемётчиков. Толпа разбежалась.

Расстрел демонстрации привел к концу двоевластия, поскольку Совет окончательно потерял функции власти, передав их Временному правительству. С другой стороны, июльский кризис привел к реорганизации правительства – состав социалистов в нем был существенно расширен, а во главе его встал эсер Керенский.

19 (6) июля 1917 г. в Петрограде завершено подавление антиправительственного мятежа.
Большевистское руководство рассчитывало использовать это выступление для свержения Временного правительства, однако верные правительству войска за 2 дня подавили волнения.

Правительство князя Львова отдало приказ об аресте и привлечении к суду Ленина, Каменева и Зиновьева, объявленных главными зачинщиками беспорядков. На следующий день это постановление было опубликовано. Ленин и Зиновьев привычно ушли в подполье, скрывшись в Разливе. Впоследствии сталинская историография «вывела» из шалаша Зиновьева, оставив вождя мировой революции в гордом одиночестве.